Lady in Blues (angelica_sea) wrote,
Lady in Blues
angelica_sea

Categories:

Греция, Афины, Родос, греческий язык и я

про Грецию (несколько запоздалые путевые заметки :can: )
написано через 9 лет после
.



Я прилетела в Афины. Мне 21 год, это моя первая настоящая поездка за границу — Польша в 14 лет не в счет. Чудесный майский день, яркое солнце, лазурное небо, которое помнит Александра Македонского, Сократа, Еврипида и Аристофана. Еще из салона самолета я увидела Акрополь — я мечтала о нем так долго. Я в аэропорту, друзья, которые должны были меня встретить, запаздывают. Но я этому даже рада — есть время посидеть, осмотреться, вслушаться в эллинскую речь.


Никогда не забуду это невероятное ощущение новизны — мне, девочке из маленького черноморского городка афинский аэропорт казался каким-то новым Вавилоном. Вокруг — настоящие иностранцы, говорящие на английском, французском, шведском и даже хинди.

Многие одеты в причудливые наряды — африканки в ярких платьях и высоченных тюрбанах. Длиннобородые сикхи в чалмах. Японки в высоких сабо, обутых на носки. Я смотрела на них во все глаза — так непривычно было видеть вокруг себя сразу так много иностранцев.

В свой первый день в Греции я могла сказать что-то совсем простое на примитивном английском (курс средней школы). Кроме того, в моем активе была пара десятков греческих слов из разговорника. Одной из первых была фраза kano dieta — я на диете. И еще: ti ora einai — который час?

Несколько дней в Афинах — и вот я уже на большом круизном судне, отправляющемся на Родос. Невероятное и непередаваемое ощущение полной, абсолютной свободы — ведь из всех этих сотен людей меня никто не знает, и никому до меня нет никакого дела. После маленького Геленджика это просто удивительное чувство.

На верхней палубе, в кафе у бассейна я заказала первое в своей жизни фраппе (взбитый холодный кофе со льдом). Без сахара и молока, сказав бармену «кано диэта». Он окинул мою стройную фигуру изумленным взглядом и удивленно на меня посмотрел. Я была счастлива — меня поняли!

Полюбовавшись морем и видами проплывавших за бортом островов, я осмелилась и совершила вторую в своей жизни вылазку на греческом — спросила у какой-то женщины ti ora einai. Она ответила: pende — т.е. «пять». И снова моему счастью не было предела — я обменялась фразами на греческом, была понята и поняла ответ! Сейчас это кажется смешным, но тогда мой стаж в Греции шел на часы, и мне очень хотелось как можно скорее начать говорить на этом красивом звучном языке.

РОДОС

На чудесном острове Родос я гостила у своих геленджикских друзей детства, с которыми мы выросли вместе и не виделись несколько лет.

За это время, полностью окунувшись в греческую среду, они стали настоящими островитянами. С утра они пили фраппе и ели сандвич с мортаделлой — итальянским эквивалентом вареной колбасы диаметром с закусочную тарелку. Эта колбаса нарезается тончайшими ломтиками и красиво укладывается в разрезанную пополам длинную булочку — франзолу.

Добавьте туда листья зеленого салата — марули, ломтики сочного помидора, свежей дзадзыки — вот это типичный завтрак жителя Родоса, до 1945 года принадлежавшего Италии и несущего в себе как итальянские, так и греческие черты. Итальянское влияние очень сильно заметно в архитектуре, топонимике, именах и местном диалекте.

На обед мама подруги в основном готовила традиционные греческие блюда: гемиста — овощи, начиненные фаршем, долмадес — голубцы с виноградными листьями, пастицио — макароны, запеченные с фаршем и соусом бешамель, мусака — овощи с фаршем и бешамелем.

Ужинать чаще всего мы ходили в Палья Поли — Старый Город, расположенный внутри древних крепостных стен. Красота там невероятная. Днем — бирюзовая гладь бухты, зубцы старинных башенных стен, золотистые песчаные пляжи, пальмы, бугенвилии, прохладные кафе с водопадами, прудиками и золотыми рыбками, расположившиеся в густой тени деревьев.

Узкие улочки старого города. Те самые, так хорошо знакомые по греческим открыткам толстостенные белые домики с маленькими окнами, синими деревянными ставнями и дверьми. Старушки в черном, мирно пьющие свой утренний кофе в цветущих двориках. Ленивые толстые коты — любимые мишени туристов с фотоаппаратами.

Вечером городок преображается. Никогда не забуду изумительной красоты багрово-малиновые закаты в Фалираки. Фосфоресцирующие волны вечернего моря в Трианде. И белые, не хуже варадеровских, пляжи Йеннади. Загораются фонари на набережной. Прожекторы подсвечивают снизу старинные стены и замки. Многочисленные рыбацкие лодки, оснащенные маленькими фонариками для ночного лова рыбы и осьминогов, отражаются в черной зеркальной поверхности моря. Очень романтично!

Совершенно невероятная публика на набережной — пожилые европейцы парочками. Отвязная английская молодежь в невероятного стиля одежде, с «ирокезами» на голове и пирсингом во всех возможных местах. Много шведов, немцев, итальянцев. Слышны иврит, русская и английская речь. Музыка и шум волн. Одним словом, чудное курортное местечко.

НАЧИНАЮ ГОВОРИТЬ ПО-ГРЕЧЕСКИ

На Родосе я начала учить греческий. Надо сказать, язык этот мне дался как-то непостижимо легко. Алфавит и правило чтения дифтонгов я выучила за один день. Писать на греческом я научилась, сама не заметив, как. Вообще, меня до сих пор не покидает ощущение дежа вю — такое впечатление, что я знала этот язык и просто забыла его. Но, прочитав или услышав слово всего один раз, я запоминаю его навсегда.

Дома у друзей была стопка глянцевых журналов — моя слабость (независимо от языка). И я начала их «читать». Из одного абзаца я понимала одно-два слова. Но я не сдавалась. Брала словарь и упорно переводила. Я не знала элементарных бытовых понятий, но уже понимала рекламу косметики и эффектные фразочки вроде «новейшая разработка» и «невероятный эффект» присутствовали в моем лексиконе.

Помню, я прочитала интервью с греческой актрисой российского происхождения Тамилой Кулиевой. Она рассказывала, что по приезде в Грецию у нее была форменная паника — ей казалось, что она никогда не сможет овладеть греческим хотя бы на бытовом уровне. Она говорила, что речь ей казалась сплошной рекой звуков, из которой она ни за что не смогла бы вычленить отдельные слова.

И это правда — греки говорят очень быстро и сокращают некоторые слова — в этом плане речь киприотов понимать куда проще. Мне поначалу тоже казалось, что я даже не понимаю, где заканчивается одно слово и начинается следующее. Но поскольку я упорно учила слова и постоянно спрашивала друзей о значении того или иного выражения, постепенно туман в моей голове рассеивался, и я стала понемногу улавливать смысл предложений.

Помог совет, который дал мне один наш бывший соотечественник, к тому моменту проживший в Греции уже лет 15: «Когда едешь в машине, включай радио с новостями на греческом языке. Старайся повторять вслед за диктором, как бы трудно это ни было. Научишься говорить быстро и с правильными интонациями».

К примеру, вопросительная информация в греческом для русского уха звучит утвердительно и, поскольку мы изначально реагируем на интонацию и только потом — на смысл сказанного, это без привычки несколько затрудняет восприятие.

Наверное, самым трудным для русскоязычного человека в греческом языке кажется употребление артиклей. Поскольку в русском их нет, нам поначалу не очень понятно, где, когда, и, главное, зачем их нужно употреблять. Что я могу сказать? Это приходит с практикой. Нужно просто как можно больше общаться с носителями языка и вслушиваться в их речь.

Если я произносила какое-то слово неправильно или сомневалась в его произношении, я внимательно слушала, как его произносят греки. И делала себе «зарубку на память». И еще, ночью, перед тем, как заснуть, прокручивая в голове события пошедшего дня, я всегда вспоминала те несколько новых слов, которые я сегодня узнала.

За три месяца я стала многое понимать, в обращенных ко мне простых предложениях я понимала практически все. И могла составить простой, примитивный, но грамматически правильный ответ — почему-то в постижении склонений и спряжений мне помог университетский курс латинского. Хотя языки эти совершенно разные. Просто я научилась соотносить части речи по аналогии с латинскими. Даже делала таблицы по спряжениям и изменениям по лицам греческих глаголов.

И еще, невероятно, но факт — временные формы греческого языка наконец-то помогли мне понять до той поры непостижимые для меня english tenses. По аналогии с греческими временами я стала понимать, где настоящее длительное, а где прошедшее постоянное.

По прошествии полугода, уже живя в Афинах, я вдруг поймала себя на мысли, что, уже абсолютно не напрягаясь, я понимаю все, что мне говорит собеседник. И совершенно спокойно могу выразить свои мысли. По прошествии года в Греции я смотрела ТВ и читала газеты и журналы, неплохо писала по-гречески, без проблем могла позвонить и объясниться в любом учреждении — по поводу документов, авиабилетов и всего прочего.

Наверное, мне повезло, что поначалу, когда я совсем еще не знала греческого, я жила на Родосе — остров туристический, практически все мало-мальски владеют английским. В Афинах мне бы пришлось труднее — английским владеют немногие. Хотя, возможно, что так было бы и лучше — это так называемое «полное» погружение в языковую среду, когда воленс-ноленс тебе приходится по крохам и крупицам вылавливать в потоке льющейся на тебя речи знакомые слова и пытаться уловить смысл сказанного.

ЯЗЫКОВЫЕ ПАРАДОКСЫ КИПРА

Когда я приехала на Кипр, то уже бегло болтала по-гречески с шикарным афинским акцентом. Но тут я столкнулась с совсем другой проблемой, поначалу несказанно меня раздражавшей.

На Кипре сложно найти человека, который не владеет хотя бы базовым английским. Все, от младшего школьника и до старичка в овощном магазине владеют необходимым минимумом. А процентов эдак 80 могут общаться на английском вполне свободно. Поэтому иностранцам на Кипре совсем незачем учить греческий язык - их и так поймут, достаточно даже базового английского.
 И, в свою очередь, киприоты полагают, что иностранцу ни за что на свете не выучить греческий — ведь это так сложно!

Ты говоришь по-гречески — тебе отвечают по-английски. Несколько раз я вела такие диалоги по 5-10 минут. В конце концов я спрашивала: «А почему вы отвечаете мне по-английски?» На что следовал всегда одинаковый ответ: «А разве ты знаешь греческий?»

Аналогичную историю мне рассказала моя подруга, окончившая факультет греческой филологии КГУ. «Сажусь в такси. Таксист, по-английски: «Куда вам?» Подробно объясняю на греческом. Всю дорогу словоохотливый дедушка рассказывал мне что-то на английском, я отвечала на правильнейшем литературном греческом. В конце концов, когда я его спросила, почему он так упорно говорит по-английски, услышала в ответ ту же сакраментальную фразу: «Кори, а что, разве ты знаешь греческий?»

Несколько раз, приходя на собеседование по поводу работы, со мной происходило одно и то же. Я заходила в приемную и говорила по-гречески секретарю, что господин такой-то назначил мне встречу в это время. Она отвечала мне по-гречески: да, присядьте пожалуйста. Заходила к боссу в кабинет, докладывала, выходила обратно и обращалась ко мне уже на английском. Все по той же простой причине: в мозгу каждого киприота давно и прочно укоренилась мысль, что иностранцы просто по сути своей не могут знать греческий. Забавно, не правда ли?

Однажды, на заре моей семейной жизни, я поехала со свекровью в гости к ее пожилым родственницам. Войдя в дом и поздоровавшись, я забилась в угол дивана и занялась написанием смс-ок друзьям — чем мне еще было заняться среди синхронно говорящих втроем тетушек? Родственницы опасливо косились на меня, хотя выглядела я не сказать чтобы очень страшно.

И тут одна из них, указывая на меня, спросила свекровь: «А что она ест?» Как про редкую рептилию в террариуме. Я глумливо захохотала в душе. Но не подала виду и на вопрос не отреагировала: ведь спрашивали не меня. Свекровь ответила: «Все то же, что и мы». Я тихо добавила: «Кроме бобовых». Тетушки чуть не упали с дивана: «О! Она говорит по-гречески!» Свекровь, с улыбкой: «Лучше, чем мы». Тетушки, изумленно: «Этого не может быть! Ксени (иностранка) никогда не сможет выучить греческий!»

Кроме того, человеку, владеющему греческим, на Кипре поначалу придется нелегко — кипрский диалект, на котором говорит местное население, очень отличается от официально принятого в школах, учреждениях и СМИ литературного греческого языка. Кроме того, совсем другой прононс, интонации.

Многие слова видоизменены в соответствии с законами ассимиляции. Некоторые слова, употребляемые в греческом, в кипрском диалекте просто отсутствуют — из заменяют заимствования из арабского, турецкого, итальянского и французского. Например, часто употребляемые слова, выражающие одобрение, изумление, удивление: «машалла», «иншалла», которые в буквальном смысле означают: слава Аллаху, или во имя Аллаха — эквивалентно «слава Богу», «ради Бога», "на здоровье"  итп (арабоговорящие друзья, поправьте, если я не права).

Забавный случай в обувном магазине. «Пэдила» по-гречески — летние босоножки. На кипрском диалекте — «сандала». А «ватрахопэдила», или, коротко, те же самые «пэдила» — это ласты. Представьте теперь лицо продавца, когда на вопрос, может ли он мне помочь в моем поиске, я ответила что да, я ищу красные пэдила на высоком каблуке. Не сразу он понял, что я ищу греческий вариант «пэдил».

Вообще у киприотов совсем другая интонация речи — они говорят более медленно, плавно, с восточной ленцой. Поначалу трудно было к этому привыкнуть. Сейчас же, слыша экспрессивно общающихся греков, на бешеной скорости выстреливающих фразами в лучших традициях итальянских футбольных комментаторов, я внутренне напрягаюсь — такое впечатление, что они бурно выясняют отношения. На самом деле — ничего подобного, они просто разговаривают.

И СНОВА АФИНЫ

Афины, неповторимые Афины, самый удивительный и прекрасный город на Земле. Он древний и юный одновременно. Тут есть все — величайшие памятники античности и современные клубы, блошиные рынки и чопорные бутики, дышащие свежестью парки и леса и овеваемые морским бризом золотые пляжи.

Афины занимают огромную площадь, ведь население города — около 3,5 миллионов человек, а высота зданий — максимум три этажа (из-за высокой сейсмической опасности). Только в старых районах — Кипсели, Ахарнон, а также в районах площадей Омонии и Синтагмы — можно увидеть старые многоэтажки.

В Афинах есть большая разница между южными и северными районами города. Во-первых, между ними — 40-50 км. Во-вторых, даже температура воздуха там разная — в прибрежных Глифаде, Мосхато, Палео Фалиро, Вуле, Вулягмени, Пирее может быть на 5-6 градусов теплее, чем в северных Вирлисье, Мелисье, Неа Пентели, Кифисье, Марусси.

Самым непрестижным местом жительства считается центр — старые Афины. Там живут небогатые афиняне и арендуют жилье иностранцы — в основном албанцы, болгары, румыны, арабы и филиппинцы. А также граждане бывшего СССР — от прибалтов до среднеазиатов.

В центре Афин, возле площади Омония, есть церковь св. Константина. Там по воскресеньям, в свой единственный выходной, собираются несколько тысяч людей — в основном женщины, работающие в домах прислугой. Раньше в подавляющем большинстве это были женщины из Украины, Молдавии, России, Грузии. Сейчас ситуация изменилась — в основном работают болгарки, румынки и прочие новые европейцы.

Брат моей афинской подруги очень смешно рассказывал про эти воскресные тусовки: справа от церкви — Грузия, слева — Украина, прямо — Россия. Там встречаются в свой единственный выходной рабочие, приехавшие из этих стран. И решают все свои насущные проблемы: поиск жилья, работы, покупка-продажа бытовых вещей, консультация по документам, отправка посылок и денег на родину, и многое другое.

Кроме того, это столь необходимое нашим людям общение — тут же, на парапете можно увидеть сиротливую газетку с бутылкой водки, нарезанной колбасой и банкой шпрот. Возможно, диковатое зрелище. Но для многих из этих женщин такой «пикник на обочине» — единственная отдушина в их безрадостной, полной тяжелого труда жизни.

В основном в домах работали нелегальные эмигрантки, женщины, попавшие в Грецию по туристической визе и решившие остаться. Или же вообще попавшие в Грецию пастушьими тропами в горах на границе с Македонией или Болгарией. У некоторых даже нет паспортов. Абсолютно никаких прав они не имеют.

Не раз и не два слышала я истории о том, как хозяева после месяца каторжного труда (к примеру, по уходу за лежачим больным) выставляли служанку на улицу, не заплатив ей ни гроша. И жаловаться нелегалке некуда — в полиции ее сразу же препроводят в КПЗ на неопределенный срок и, как итог, — неминуемая депортация.

Поэтому «хорошие» места работы перепродавались за немалые деньги. Когда женщина решала, что заработанных в Греции денег ей уже достаточно и пришло время вернуться домой, она заранее подыскивала себе замену и брала с кандидата на место домработницы немалые деньги — назывались суммы в районе тысячи долларов. Слышала, что некоторые ловкие особы умудрялись собирать деньги за работу сразу с нескольких страждущих.

Там же, на площади св. Константина можно было продать использованные телефонные карточки — каким-то необъяснимым способом предприимчивые арабы (это был их и только их бизнес) умудрялись заряжать их по новой и продавать за 600 драхм (2 доллара) — тогда как такая же новая карточка, купленная в киоске, стоила 1800 драхм (6 долларов). Это было еще до эры всеобщей мобилизации. Не имея мобильного телефона, позвонить куда-либо можно было только из «картотилефоно» — телефонной будки.

Слышала версию, что у этих арабов есть «свой человек» там, где производят эти карточки, и он им их «заряжает» за немалую мзду. Урон для монопольной телефонной компании ОТЭ был настолько ощутим, что в конце концов она приняла решение снизить цену своих карточек до 1000 драхм (3,3 доллара), но при этом деньги с них начали «утекать» быстрее, и покупать «левые» карточки у арабов стало просто-напросто неинтересно — игра не стоила свеч.

Очень интересно бродить по прилегающим к афинской площади Омония улочкам — скопищу шубных и ювелирных магазинов, где в основном закупаются руссо туристо. Сестра моей подруги сейчас преуспевающий врач-стоматолог. Но первые годы в Афинах она работала продавцом в шубном магазине — надо было учить язык, «подтверждать» диплом и зарабатывать деньги на оборудование для собственной клиники.


Она попала в этот бизнес в хлебное время — за 5 лет она накопила денег на открытие клиники. Бывали дни, когда после нашествия двух-трех групп туристов из Уренгоя, Норильска и Сургута ее комиссионные от продаж шуб исчислялись парой-тройкой тысяч долларов.

Ее муж, также стоматолог по образованию, работал с туристами — встречал их в аэропорту, возил по магазинам, отвозил в порт, одним словом, оказывал всяческую помощь, конечно же, не безвозмездную. Процент от проданного выплачивали ему и владельцы магазинов, куда он приводил жаждущих «злата и мехов» туристов.

За несколько лет, проведенных в Афинах, он видел и слышал многое. Некоторые из его историй я помню до сих пор. Самые страшные рассказы были про молодых девушек — в основном наших, СНГ-овых, приехавших в Грецию в поисках счастья, денег, любви и «прынца на белом коне». В Греции с рабочими визами для иностранцев все очень сложно. Поэтому в большинстве случаев девушки работали нелегально.

Во многом эти истории были похожи — наивные молодые девчонки через агентства или знакомых выезжали на работу за границу — якобы официантками и горничными. На деле все оказывалось совсем по-другому. В лучшем случае новоприбывшие «горничные» работали в барах на консумации. В худшем оказывались в «массажных салонах» и стриптиз-клубах.

Если девушка не желала заниматься проституцией добровольно, ее к этому принуждали — побоями, голодом и шантажом. Не раз и не два получали широкую огласку истории о молоденьких иностранках, покончивших жизнь самоубийством — они вскрывали себе вены, выбрасывались из окна, пили снотворное. И ни разу виновные не были найдены и наказаны.

Давали показания соседи — ничего не видели, ничего не слышали: «Да, живем в соседней квартире, да, постоянно приходили мужчины, но мы ничего такого не подозревали и подумать даже не могли, что за стенкой находится злачное место».

Многим девушкам со временем удалось вырваться из лап сутенеров, легализоваться (в Греции прошло две волны легализации, когда МВД объявляло амнистию всем нелегалам, въехавшим в страну). Реклама шла даже по ТВ: «Ты больше не нелегал!» Всех нелегалов призывали явиться в Иммиграционный департамент, встать на учет и получить «белую карту» — вид на жительство, дающий право на работу. Впоследствии «белая карта» становилась «зеленой», а от нее до гражданства уже рукой подать.

Многие со временем смогли начать новую жизнь. Одни вышли замуж. Другие накопили денег и уехали домой. Но большинство было депортировано. Шансов «досидеть» до легализации было немного. Полицейские облавы на самые разные заведения в Греции — самое обычное явление.

Там часто останавливают такси и проверяют документы у пассажиров. Даже по квартирам ходят в бедных районах, где обычно арендуют жилье эмигранты. Не раз и не два, сидя в кафе, я наблюдала такое зрелище — высокие плечистые парни в штатском заходили толпой, перекрывали входы и выходы и просили всех иностранцев предъявить вид на жительство. Основной их улов — славянские девушки и албанские парни.

Надо сказать, что в Греции чрезвычайно высок уровень ксенофобии. Это чувствуется во всем — одни граффити вроде «Греция для греков! Пошли вон, иностранцы!» чего стоят. Объявления о сдаче квартир чаще всего имели такую приписку: «Аренда иностранцам исключается».

На собеседовании по поводу работы часто можно услышать: «Вы нам очень симпатичны, но, к сожалению, политика компании не позволяет нам…» Сейчас, согласно законам Евросоюза, за высказывания подобного рода вполне можно попасть под суд, но в описываемое мной время такое было, как говорится, сплошь и рядом.

Около 20% населения Греции живет ниже уровня бедности. Имеет место быть нешуточная безработица. Еще и поэтому к гастарбайтерам отношение очень и очень негативное. К слову сказать, на Кипре нет и никогда не было ничего подобного. Кроме того, гречанки очень агрессивно настроены по отношению к иностранкам. Сколько голосов было сорвано и копий переломано в ток-шоу на тему «Понаехали и разбили наши семьи».

А еще греки весьма прохладно относятся к албанцам — после массовой миграции албанцев в Грецию статистика краж, разбоя и прочих преступлений взлетела до небес. Не жалуют и наших бывших соотечественников с Кавказа — их обвиняют в разбое, вымогательстве, мошенничестве и распространении наркотиков.

Конечно, большая часть эмигрантов — законопослушные и трудолюбивые люди, приехавшие в Грецию в поисках лучшей доли. Но, увы, дурная слава распространяется быстро и молва имеет обыкновение сгущать краски, вот поэтому у всех без исключения албанцев и выходцев с Кавказа подмоченная репутация.

Среди албанцев особо выделяется группа жителей Северного Эпира — когда-то эта область относилась к Греции и ее жители имеют греческие корни и разговаривают на одном из диалектов греческого языка. Если албанец не просто албанец, а вореоэпириотис, то отношение к нему более теплое — как-никак, соотечественник.

Понтийские греки — это выходцы с берегов Эвксинского Понта — так в древности называлось Черное море. Там еще до нашей эры были образованы греческие колонии, просуществовавшие вплоть до начала XX века.
В 1924 году сотни тысяч людей вынуждены были обратиться в бегство, чтобы спастись от геноцида кемалистов. Часть их сумела вернуться на историческую родину — в Грецию. Но большинство попало в Грузию, на черноморское побережье Кавказа, в Крым.

В 80-х годах началась массовая репатриация понтийских греков. В Афинах есть целый район — Мениди, где живут понтийские греки. Там, как на Брайтон-бич, есть русские магазины, рестораны, слышна русская речь и доносятся обрывки песен Маши Распутиной.

За последние годы, особенно перед Олимпиадой-2004, центр Афин преобразился — отреставрированы старые здания, многое снесено и перестроено. Полиция ревностно, хотя и тщетно, борется с нелегалами, облюбовавшими центр.

7-8 лет назад, спустившись вечером в метро на площади Омония, можно было увидеть там сборища наркоманов. А на станции Монастираки среди бела дня выпрашивали мелочь молодые парни и девчонки странного вида — бледные, неопрятные, странно передвигающиеся на полусогнутых ногах — токсикоманы. Жуткое зрелище.

Сейчас среди бела дня такое уже не увидишь, но все это, конечно, никуда не делось — просто не на виду… Знакомые говорили, что на Омонии вечером предлагают купить наркотики — практически не таясь. В центре Афин нужно внимательно следить за своими вещами — там немало воров и мелких мошенников.

Совсем другая картина в благополучных районах. Роскошные дома, дорогие машины, много зелени, парки, отели, фонтаны и витрины дорогих магазинов.
Самые престижные — прибрежные, ближе к мысу Сунион — Глифада, Вула, Вулягмени. И северные — Агия Параскеви, Кифисья, Пентели, Халандри, Врилисья, Мелисья.

Два моих любимых места в Афинах — это Лофос в Хайдари и Лиманаки в Вулягмени. Лофос (в переводе холм) и в самом деле представляет собой холм. На его вершине находится утопающее в тропической зелени одноименное кафе, а также церковь и смотровая площадка, откуда открывается изумительный вид на Афины.

Вечером зрелище просто магическое — как на ладони видны Акрополь и Парфенон в свете прожекторов, ночные Афины. Там дивный воздух — нет и намека на выхлопы и пыль южного мегаполиса. Сказывается высота. Я могу сидеть там часами и любоваться древними, но таким современными и молодыми Афинами. В общем, если вам нужны впечатляющие фотографии Афин, отправляйтесь в Лофос. Или же в Ликавитос.

Еще одно удивительное по красоте и энергетике место — Лиманаки (маленькое озеро) в районе Вулягменис. Это пресноводное озеро, расположенное у живописной скалы. Кто-то умный и предприимчивый открыл на берегу озера кафе и установил на выступах скалы мощные прожекторы. В кафе всегда звучит классика или итальянские теноры — Бочелли, Паваротти. Акустика там изумительная.

Находиться там вечером, глядя на черную тяжелую воду и скалы, слушая дивную музыку — невероятное эстетическое удовольствие. Афины днем — суетливый жаркий муравейник, особенно в центре в час пик. И оказаться на озере после сумасшедшего рабочего дня, вечной спешки и нервов — всё равно что пролить целебный бальзам на измученную душу трудоголика. Запомнилась надпись на русском: «Купаться запрещено!»

NIGHT LIFE IN ATHENS

Чтобы понять, что такое «ночная жизнь в Афинах», нужно обязательно сходить на бузуки — это рестораны с живой музыкой. В первой части программы певцы исполняют новые популярные песни. Во второй — обожаемые всеми старые культовые песни. Компании сидят за столиками, пьют, общаются, заказывают цветы и шампанское понравившимся певцам. На бузуках всё о’натюрель — никакой фонограммы и компьютерной обработки голоса.

После разогрева народ выходит на сцену танцевать — деревенские и островные круговые танцы, цифтетели — что-то вроде танца живота, рембетико, земпетико, хасапико — старинные одиночные греческие танцы. Особенно красиво танцуют мужчины. Можно залюбоваться отточенностью их движений и грацией.

Обычно компания покупает у девушек, продающих цветы, несколько дисков с головками гвоздик и осыпает ими танцующего друга/подругу. Когда на сцене образуются завалы из цветов, мешающие певцам и танцующим, официанты сметают их метлами.

Но такие мероприятия больше по душе людям в возрасте от 30 и старше. Молодежь предпочитает клубы и дискотеки — благо, в них недостатка нет. Есть клубы с оглушающей зубодробительной музыкой, есть открытые дискотеки прямо на берегу моря с зажигательной латино и греческой музыкой. Словом, веселье на абсолютно любой вкус.

Все эти заведения работают до 6 утра, а в субботу-воскресенье — даже до 8. В воскресенье утром весь благочестивый люд идет в церковь, а гулявшие всю ночь напролет любители ночной жизни, бледные и пропахшие табачным дымом, расползаются спать по домам, предварительно поев специальный утренний послезагульный суп — патца.

Считается, что острый суп с субпродуктами на крепком мясном бульоне помогает протрезветь и вывести алкоголь из организма без вредных последствий. Самое печальная сторона ночной афинской жизни — многочисленные автокатастрофы ранним утром субботы и воскресенья — хотя греки пьют немного, но  даже бутылка пива плюс сутки без сна делают свое черное дело.

Ранним утром можно поехать на лайки — так называется перемещающийся рынок, в каждом районе он открыт раз в неделю, в определенный день. Там можно купить свежайшие, только что из деревни, овощи, фрукты, молочные продукты, рыбу и морепродукты.

На лайки просто невероятные краски и запахи — ряды желтых, оранжевых и красных перцев, алых помидор, огромных лотков с самой разной салатной зеленью всех оттенков зеленого, ароматнейшей клубники, румяных персиков и нектаринов, и огромнейший выбор цитрусовых: апельсины, мандарины, клементины, грейпфруты, лаймы, памело, лимоны, кумкуат — каждой разновидности по несколько сортов.

Кстати, если попасть туда около полудня, незадолго до закрытия, апельсины в это время отдают буквально за копейки, а перед закрытием — и вовсе бесплатно.


Я пишу тут только об Афинах, а еще есть великолепные Салоники, изумительной красоты Македония, Фессалия, Фракия, острова Ионического и Эгейского морей… Писать о Греции можно бесконечно. Но лучше поехать и увидеть эту страну своими глазами.

Иногда вижу в Сети отчеты туристов о путешествиях — вроде «были неделю, кормили неплохо, лежаки удобные, море красивое, мусака вкусная, но не было анимации и бармен не говорил по-русски» — и становится искренне жаль этих людей.

В Грецию надо ехать как минимум на две-три недели, сначала обязательно в Афины, увидеть своими глазами Акрополь, музеи, Ликавитос, порт Пирей, прочувствовать все величие и великолепие древнего города.

Лучше всего арендовать машину и проехать по Аттике, побывать в Фивах, Дельфах, прокатиться по побережью — Лариса, Волос, Катерини, Кавала, Салоники стоят того, чтобы их увидеть.

Потом, паромом из Афин или Салоник следует отправиться по островам — можно останавливаться на каждом острове на пару-тройку дней, наслаждаться достопримечательностями, пляжами и местной кухней, накупить сувениров и отправляться дальше — между островами очень хорошо налажено морское и воздушное сообщение.

Только так можно увидеть настоящую, живую Грецию, ощутить ее пульс и влиться в ее ритм. Прощаясь с Грецией, вы будете мечтать о новой встрече с ней.


 
Tags: Афины, Греция, Кипр, греческий язык
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments